Category: дети

pro

Мои твиты

  • Сб, 15:37: Петру Николаевичу Мамонову удачи и здоровья, здоровья, здоровья. Дай Бог ему сил и поправиться от инфаркта.
  • Сб, 17:54: RT @roman_yuneman: Русецкой мало того, что её лицом обвешан каждый квадратный метр в Чертаново. Ей ещё нужно, чтобы не было даже упоминаний…
  • Сб, 18:35: "Цыганские дети подожгли 10-летнего мальчика в Урюпинске, когда все вместе гуляли в лесу. Как передают СМИ, облили… https://t.co/6kYunSLPxS
pro

"Самое страшное – спокойная совесть" Петр Мамонов. Часть третья

http://www.echo.msk.ru/programs/argentum/43070/

"Как это удивительно, когда что-то появляется новое, хорошее: новая песня, новое стихотворение, новый какой-то человек с новыми мыслями, с новыми идеями. И вот он там пишет, что все злое не имеет сущности."

"Желаю всем в чем-то себя обязательно пробовать и делать, может быть, какие-нибудь шкафы, стулья, табуретки – какая разница. Как здорово, мне на день рождения наш сельский житель такую табуретку подарил в стиле «ампир». Он вырезал из сосны, как дал ее. Она стоит у меня, как из космоса вещь."

"Я с детских лет все время бежал, мне все интересно, под трамвай я рвался от бабушки: «Петя, домой! Петя!» Вечно этот крик: «Петя, сделай потише! Петя, домой! Петя, хватит! Петя, не надо!» Потому что меня рвало, разрывало всюду. И так жизнь вся. Эти песни, они как-то тоже: никогда я специально никаким не был искусственником этим: разложим все и сядем, искусство будем делать. Никогда я в жизни не был. Меня чего-то метало, рвало туда – сюда, трясло, колотило, да и сейчас так же. Ну как всех. А всех как? А как всех? Вы посмотрите, кто слушает меня, а как вы-то. То же самое-то все. Опереться не на что. Друг… Где он друг? Все померли. Как я в «Пушкине» говорю, а кто не бросил пить, все померли. А это правда. Вот. И так тыркаешься один. Ну, слава богу, еще жена, семья, любимая работа. Да ничего не надо, когда любовь бога зальет всего, и обезоружен стоишь. Бывает и такое. И выбивает у тебя из рук все эти медикаменты, вот эту всю чушь."

"Сердце чистое-чистое, высоко-высоко.
Мысли быстрые-быстрые, и снега далеко
Простираются внешние, а внутри по песку
Скачут пташечки вешние, позабыв про тоску,
Скачут крошечки-мушечки, берега-берега,
Я сижу на опушечке, за стеною пурга.
Я стою у березоньки, потихоньку пою,
Кто-то маленький розовый слышит песню мою.
И я рад бы по краюшку проходить босиком,
Если это не рай еще, то я с ним не знаком.
Я не ведаю вечности, да и как я могу
На краю бесконечности устоять на бегу."

"Я думаю, ну почему мне все нехорошо. Ну вот работа хорошая, любимая, жена хорошая, дети хорошие, не пью, то, се – ну, никак. А потому что, пишут, душа наша создана настолько бездонной глубокой и широчайшей, как вся вселенная, что ничто, кроме создавшего, ее заполнить не может. То есть только бог может заполнить всю душу целиком. Чего ты туда ни кидай: красоту, коллекционирование картин, любимую жену, все организации объединенных наций прямо домами, Европейский Союз, вот эти все правовые государства – бесполезняк, тухлый номер, можно только засуетиться, забегаться, все равно ляжешь ночью, скажем, ой, чего-то мне опять нехорошо. А вроде целый день бегал: и в СЭВ председательствовал, и портфель новый купил, и жене все достал, и лег – и херово. Ну что ты будешь делать? Я тут я со своим с тем же самым."